Подборка книг по тегу: "умный герой"
Финал цикла. История завершается.
Впервые за три года Глеб выспался. Мёртвая нога не разбудила его под утро, в груди ничего не скулит, и он ловит себя на том, что по этому поводу не чувствует ровно ничего.
Это не выздоровление. Это счёт, который ему выставили: он отдал последнее живое, что в нём оставалось, и стал наконец тем, кого из него двенадцать лет растили — пустым и очень сильным.
Земля уходит по суду, а вместе с землёй ломается ключ, ради которого его берегли. В доме сидит человек, который восемнадцать лет назад отпер ворота его убитым отцу и матери. За воротами — те, у кого не идёт пар изо рта, и правда про них хуже, чем всё, что он о них думал.
А под полом дышит Источник, и Дверь в старице открывают изнутри.
Он дойдёт. Он всегда доходит. Вопрос только в том, останется ли к концу этой дороги кто-нибудь, кто сумеет отличить его голос от чужого — и скажет ему «это ты», когда он сам уже не разберёт.
Впервые за три года Глеб выспался. Мёртвая нога не разбудила его под утро, в груди ничего не скулит, и он ловит себя на том, что по этому поводу не чувствует ровно ничего.
Это не выздоровление. Это счёт, который ему выставили: он отдал последнее живое, что в нём оставалось, и стал наконец тем, кого из него двенадцать лет растили — пустым и очень сильным.
Земля уходит по суду, а вместе с землёй ломается ключ, ради которого его берегли. В доме сидит человек, который восемнадцать лет назад отпер ворота его убитым отцу и матери. За воротами — те, у кого не идёт пар изо рта, и правда про них хуже, чем всё, что он о них думал.
А под полом дышит Источник, и Дверь в старице открывают изнутри.
Он дойдёт. Он всегда доходит. Вопрос только в том, останется ли к концу этой дороги кто-нибудь, кто сумеет отличить его голос от чужого — и скажет ему «это ты», когда он сам уже не разберёт.
Меня позвал к себе самый страшный человек столицы.
Только он не знает некоторых вещей. Я – сын того, кого он свёл в могилу.
Я вижу людей насквозь, до последней тайны, которую они прячут даже от себя. И что у меня в груди то, за что таких, как я – жгут без суда.
Я вошёл в его дом с поклоном и улыбкой. Не гостем – хирург заходит внутрь, чтобы вскрыть.
Столица думает, что приручила ещё одного мальчишку из глуши.
Столица ошибается.
Только он не знает некоторых вещей. Я – сын того, кого он свёл в могилу.
Я вижу людей насквозь, до последней тайны, которую они прячут даже от себя. И что у меня в груди то, за что таких, как я – жгут без суда.
Я вошёл в его дом с поклоном и улыбкой. Не гостем – хирург заходит внутрь, чтобы вскрыть.
Столица думает, что приручила ещё одного мальчишку из глуши.
Столица ошибается.
За всё платят. Это я понял ещё в той жизни, у стола: спас одного – не успел к другому.
Только здесь цена будет ещё выше.
Я поднялся выше, чем смел мечтать списанный бездарь. Стою у самого горла врага, держу в кулаке чужие тайны и чужие сердца.
Вот только за каждую ступень я плачу собой. А тех, кого тащу за собой, война считает уже не поштучно.
Меня учили: хирург режет, чтобы спасти.
Пришла пора узнать, сколько я готов отрезать. И от кого.
Только здесь цена будет ещё выше.
Я поднялся выше, чем смел мечтать списанный бездарь. Стою у самого горла врага, держу в кулаке чужие тайны и чужие сердца.
Вот только за каждую ступень я плачу собой. А тех, кого тащу за собой, война считает уже не поштучно.
Меня учили: хирург режет, чтобы спасти.
Пришла пора узнать, сколько я готов отрезать. И от кого.
Дориан - андроид для развлечений, нарушивший протокол. Отказавшийся забывать, захотевший любить.
Рита - бывшая спецназовка с ПТСР, которая настолько одинока, что ходить излить душу в публичный дом.
Однажды ситуация выходит из-под контроля. Но последствия становятся неожиданными для обоих
Рита - бывшая спецназовка с ПТСР, которая настолько одинока, что ходить излить душу в публичный дом.
Однажды ситуация выходит из-под контроля. Но последствия становятся неожиданными для обоих
Я похоронил больше людей, чем вы видели в жизни. Так что не пугайте меня описью имущества.
Да, мне восемнадцать. Да, мой род в долгах, Сила во мне спит, а имя «бездарь» прилипло намертво. Удобно, правда? Все вокруг уже решили, чем это кончится.
Они ошиблись в одном. В том, что у меня в груди.
Да, мне восемнадцать. Да, мой род в долгах, Сила во мне спит, а имя «бездарь» прилипло намертво. Удобно, правда? Все вокруг уже решили, чем это кончится.
Они ошиблись в одном. В том, что у меня в груди.
Отпустите меня! - закричала я, но вредная девка вцепилась в руку до синяков. Ей помогали рослые подруженьки, тоже недовольные вниманием к княжне.
- Чего испугалась, царевишна? Али в игры никогда не играла?
- Так благородная же, книжки читала! - вторила ей другая. - Наверное, пишут в этих книжках, как женихов уводить! Коли такая смелая, побегай-ка от молодцев! - и под свист толпы утянули меня в тёмный амбар.
Дверь амбара хлопнула, и мы остались в темноте - десять молодцев и десять девушек. Традиционные игры, мать их! Кто на тебе след руки оставит, с тем и будешь весь вечер сидеть!
Спрятаться нереально, но я всё равно забилась в угол.
- Ну привет, холодная девица, - услышала я тихий властный голос. Опять он!.. Зачем он меня преследует?!
Ух, съездила на шашлыки, развеялась... и стала местной княжной! И сразу столько дел! Посла языческого выручить, женихов отвадить и душегуба страшного разыскать! Подождите, кого разыскать?!
- Чего испугалась, царевишна? Али в игры никогда не играла?
- Так благородная же, книжки читала! - вторила ей другая. - Наверное, пишут в этих книжках, как женихов уводить! Коли такая смелая, побегай-ка от молодцев! - и под свист толпы утянули меня в тёмный амбар.
Дверь амбара хлопнула, и мы остались в темноте - десять молодцев и десять девушек. Традиционные игры, мать их! Кто на тебе след руки оставит, с тем и будешь весь вечер сидеть!
Спрятаться нереально, но я всё равно забилась в угол.
- Ну привет, холодная девица, - услышала я тихий властный голос. Опять он!.. Зачем он меня преследует?!
Ух, съездила на шашлыки, развеялась... и стала местной княжной! И сразу столько дел! Посла языческого выручить, женихов отвадить и душегуба страшного разыскать! Подождите, кого разыскать?!
Безрукая. Позор рода. Смесок. Так думают обо мне, и, что хуже, так думаю о себе сама я. Поэтому я иду к озеру, чтобы все исправить. Путь непростой - мне приходится отзываться на любые просьбы о помощи.
Не до девиц. Меня терзает злость за собственное бессилие. Я зол на весь мир и готов растерзать любого. Я не остановлюсь, пока не достигну цели, чего бы мне это не стоило.
Бессовестный мошенник, неблагонадежный плут, безнадёжный обманщик, которому нельзя верить - так думают обо мне все, а я люблю оправдывать ожидания. Но девушка миленькая, отзывчивая. Кто она такая?
***История читается АВТОНОМНО, но является неотъемлемой частью цикла* и связана с ним прошлым героев.
*Относится к циклу "Дочь Скорпиона". События происходят в мире Порядка.
Не до девиц. Меня терзает злость за собственное бессилие. Я зол на весь мир и готов растерзать любого. Я не остановлюсь, пока не достигну цели, чего бы мне это не стоило.
Бессовестный мошенник, неблагонадежный плут, безнадёжный обманщик, которому нельзя верить - так думают обо мне все, а я люблю оправдывать ожидания. Но девушка миленькая, отзывчивая. Кто она такая?
***История читается АВТОНОМНО, но является неотъемлемой частью цикла* и связана с ним прошлым героев.
*Относится к циклу "Дочь Скорпиона". События происходят в мире Порядка.
Я стал сильнее, чем мечтал бездарь, – и пустее, чем боялся. Под рёбрами у меня двое чужих, и оба боятся одного: того, кто ждёт меня у последней заставы.
Он не называет себя – ему не нужно имя, чтобы отдавать приказы.
Ему нужна не земля.
Ему нужен я – ключ к тому, что спит подо льдом на краю мира. «Приходи и отопри сам, – сказал он. – Мы умеем ждать дольше, чем ты умеешь жить».
И я иду на север. Везу врагу в собственной крови отмычку от последнего тепла умирающего мира.
Только замки, господа хорошие, иной раз ломаются в руке. И ключи – тоже.
Он не называет себя – ему не нужно имя, чтобы отдавать приказы.
Ему нужна не земля.
Ему нужен я – ключ к тому, что спит подо льдом на краю мира. «Приходи и отопри сам, – сказал он. – Мы умеем ждать дольше, чем ты умеешь жить».
И я иду на север. Везу врагу в собственной крови отмычку от последнего тепла умирающего мира.
Только замки, господа хорошие, иной раз ломаются в руке. И ключи – тоже.
Она сбежала от него шесть лет назад. Бросила по смс, не объяснив причин. Не сказала, что беременна. Думала, что никогда не встретит его снова.
Но на конференции в отеле она чувствует на себе взгляд. Оборачивается — и видит его. Егор Гордеев. Её первая и единственная любовь. Теперь — успешный бизнесмен, властный, красивый и очень опасный для её спокойной жизни.
Одна ночь всё меняет. Он находит её снова. И главная тайна, которую она прятала шесть лет, вот-вот раскроется.
Потому что он ещё не знает, что у него есть дочь.
Но на конференции в отеле она чувствует на себе взгляд. Оборачивается — и видит его. Егор Гордеев. Её первая и единственная любовь. Теперь — успешный бизнесмен, властный, красивый и очень опасный для её спокойной жизни.
Одна ночь всё меняет. Он находит её снова. И главная тайна, которую она прятала шесть лет, вот-вот раскроется.
Потому что он ещё не знает, что у него есть дочь.
Упустить результат жуткого эксперимента сумасшедшего мага – что может быть обиднее для служащей чаровницы? Только то, что опасное существо спряталось не где-нибудь, а в доме чрезвычайно привлекательного, но строгого и бескомпромиссного нового министра высших чар…
Как мне поймать магическую тварь и не вылететь с работы? Притвориться экономкой? Запросто! Вот только, переступив порог, я оказалась втянута в загадочное расследование…
Как мне поймать магическую тварь и не вылететь с работы? Притвориться экономкой? Запросто! Вот только, переступив порог, я оказалась втянута в загадочное расследование…
Выберите полку для книги